На первую страницу СЕМЕЧЕК     Новости     Библиографии    Библиография Ф.К.Дика

Филип Киндред Дик
раздел Библиография

статья из журнала "FANтастика" (СПб) N 3 (12) 2008г.,  C.6-11. С разрешения автора и редакции.

 
 С.Соболев (г.Липецк)
 
Филипп Киндред Дик:
Реальность -- это всего лишь точка зрения
 
 
В городе Чикаго, штат Иллинойс, в семье Джозефа Эдгара и Дороти Киндред Дик 16 декабря 1928 года, на месяц раньше предполагаемого срока, родились двойняшки -- Филипп и Джейн. Дети были слабенькими, родители не обеспечили им должного медицинского ухода, и через месяц, 26 января 1929 года, Джейн, маленькая сестрёнка Фила, умирает. Однако знание об умершей сестре, и некая связь с потерянным близким человеком (скорее всего нафантазированная им же самим себе) будут преследовать ФКД на протяжении всей его жизни. В 1929 родители переезжают в Калифорнию, в Беркли, но это не спасает семью от развала: в период американской экономической депрессии, в 1933 году родителя Филиппа Дика разводятся, и он продолжает жить с матерью, которая хотя и была образованной женщиной, и даже пыталась писать художественную прозу, была совершенно неприспособленной к материнству - её нисколько не интересовал собственный ребенок. В 1934 мать с ФКД переезжает жить в Вашингтон, но жизнь не складывается и там: им негде жить, да вдобавок маленького ФКД за строптивость определили в школу для трудных детей. В 1939 мать и сын возвращаются в Калифорнию. Будучи предоставлен сам себе, Филипп Дик много читает, читает фантастические журналы и научно-популярные книги, комиксы, постоянно слушает по радио музыку. Позднее ФКД говорил, что у него есть целая коллекция всех журналов "Astounding", "Fantasy and Science Fiction", - с октября 1933 года, которую он бережно хранил всю свою жизнь, и, уже будучи взрослым, даже купил под неё специальный сейф.

Будучи еще школьником, ФКД, мальчик с необузданной фантазией и тягой к сочинительству, уже в 14 лет пишет свой первый роман "Возвращение к лилипутам", рукопись которого утеряна. Как и заведено у американских старшеклассников, Филипп Дик уже с 16 лет свободное от учебы время начинает подрабатывать. Интерес к музыке приводит его в 1944 году на работу в магазин грампластинок. Увлечение классической музыкой вытеснило увлечение фантастикой, и ФКД на несколько лет забывает о её существовании, полностью переключившись на классическую литературу. Закончив школу в 1946 году, ФКД испытывает проблемы с психическим здоровьем: его мучает агорафобия и клаустрофобия, психиатры не могут чем-либо существенно ему помочь. В следующие пять лет своей бурной молодости ФКД успел дважды жениться, отучиться семестр в Калифорнийском университете в Беркли и бросить его. Впрочем, не порывая со студенческой тусовкой, он продолжает заниматься самообразованием.

Вернуться к фантастике Ф.Дику помог Энтони Баучер, редактор журнала "Фэнтези энд сайенс фикшн". Э.Баучер, помимо работы в журнале, вел на радио передачу о классической музыке и вёл курсы для начинающих писателей-фантастов. Познакомившись с Э.Баучером на почве любви к музыке, Ф.Дик стал заодно посещать еженедельные курсы для начинающих писателей.

ФКД снова увлёкся фантастикой, и начал без устали писать рассказы, повести, романы и рассылать их по многочисленным журналам. Надо сказать, что в Америке 1940-1950-х гг., основным средством развлечения и информирования помимо кинотеатров и радио были журналы. До массового распространения телевидения основной рекламный рынок был сосредоточен именно в журналах, поэтому авторы, пишущие и публикующиеся в прессе, получали весьма существенные по тем временам гонорары, на которые можно было жить, работая только за пишущей машинкой. Именно с этим экономическим обстоятельством и связан расцвет жанра рассказа в тот период. В 1951 году у ФКД покупают рассказ «Руг», но дебютной публикацией стал другой рассказ - "Вкус уаба" (Beyond Lies The Wub, 1952), опубликованный в 1952 году в июльском выпуске журнала “Planet Stories”.

Вот как сам ФКД в 1968 году вспоминал свои ощущения о литературном дебюте:
"Семнадцать лет назад я продал свой первый рассказ. Это был чудесный момент в моей жизни, который никогда не повторится. К 1954 году я был известным писателем-рассказчиком. В июне 1953 года в киосках одновременно продавали семь журналов с моими рассказами. Это были такие журналы, как "Analog", "Galaxy", "Fantasy and Science Fiction", и другие. А в 1954 я написал свой первый роман "Солнечная лотерея", 150 тысяч копий его было распродано".

В следующие несколько лет ФКД написал семь реалистических романов, но издатели упорно публиковали только его фантастические рассказы. В многочисленных фантастических журналах, таких как "Fantasy and Science Fiction", "Astounding", "IF", "Planet Stories", "Worlds of If", "Galaxy", "Imagination",  "Fantasy Fiction", "Fantastic Universe", "Fantastic Story Magazine", "Amazing", "Science Fiction Quarterly", "Worlds of Tomorrow", "Cosmos", "Science Fiction Adventures", "Space Science Fiction", "Satellite SF", "Beyond Fantasy Fiction", "Orbit", "Future Science Fiction", "Thrilling Wonder Stories", "Startling Stories" в 1953-55 гг. напечатали около тридцати его рассказов, начали выходить книжные издания фантастических романов. Успех в глазах читателей фантастики тем не менее не конвертируется в денежные знаки. ФКД пришлось завязать с сочинительством и заняться полировкой ювелирных украшений, производимых его третьей женой, Энн Рубинштейн.
Но отказ от собственного творчества в угоду мелкого бизнеса жены негативно сказался на моральном состоянии ФКД, и он решает вновь начать писать фантастику.

Не видя нужды в кратком пересказе всех произведений ФКД или даже в простом их перечислении, мы хотели бы подробнее остановиться на одном из первых его романов, "Око небесное" (Eye in the Sky, 1957). Выбор романа не случаен. Во-первых, авторитетные писатели и издатели высоко отзывались о романе:  "Око небесное" Энтони Бучер назвал лучшим романом года, а Теодор Старджон "той малой порцией хорошей нф, ради которой стоит прочитать всю плохую". Во-вторых, в этом раннем произведении спрессованы практически все темы фантастики Филиппа Дика -- солипсизм, иллюзорность окружающего мира, влияние фантазий индивида на мир, и непременно -- если дело касается политики -- левацкие взгляды на окружающую действительность, облачённые в едкую сатирическую форму.
Читателю этого романа откроется величайшая со времен изобретения налогов тайна -- никакого единого реального мира не существует, а существуют лишь фантазмы, воплощенные в живую плоть прохожих и кровельное железо близлежащих построек представления людей об окружающем их мире.
После случайной аварии на научно-исследовательском комплексе "Мегатрон" группка экскурсантов из восьми человек потеряла в полном составе сознание и подпала под влияние неуравновешенной психики идиота-вояки Артура Сильвестра -- единственному из посетителей "Мегатрона", сохранившему свое сознание и свое видение окружающей действительности. Если ему кажется, что все негры шаркают подошвами и плохо говорят на английском, то отныне все негры будут волочить ноги и шепелявить; если женщина придерживается радикальных взглядов в политике, то она неминуемо станет невысокой толстушкой.
"Неужели все эти люди не подозревали, что являются всего-навсего извращенной выдумкой чьей-то прожженной башки?"
Мир генерала Сильвестра -- мир по Птолемею, в котором центром вселенной является земной шар, вокруг которого вращаются мелкие Солнце, Луна и планетки, а сверху за всем пристально наблюдает око небесное -- Бог, созданный фантазией генерала.
Вырвавшись из теократического мира Второго Бааба, мира, в котором физика занимается установлением телефонной связи с Богом, мира, в котором автомобили починяют молитвами, а проститутку в баре охраняет амулет из голеностопного сустава Магомета, восемь наших пострадавших экскурсантов попадают мир, нарисованный воображением миссис Эдит Притчет. Мир миссис Притчет -- это слащавая Утопия, в которой все силы общества приложены для реализации художественного самовыражения человека, и где нет ничего, чтобы этому могло помешать: секса (как и различия между полами) не существует, равно как отсутствуют клаксоны у автомобилей, смог на улице и налоговые счета, крики младенцев и вообще мелкие дети, кошки, Азия вместе с Россией и политические новости. Верхом карьеры в этом розовом мире становится служба в лаборатории по приготовлению новых сортов душистых шампуней.
Но, занявшись отсеканием всего лишнего и вредоносного (в соответствии с ее, миссис Притчет, вкусами и взглядами), трудно свернуть с проторенного пути уничтожения окружающей реальности. Утопия, которая безжалостно отсекает все ненужное, неминуемо перерождается в кошмарную Дистопию. Очередной фантазм рушится, а наши горе-экскурсанты, избавившись от одного кошмарного мира, подпадают под обаяние очередного Творца, мисс Рейс:
"В длинном вельветовом пальто, с сумочкой, перчатками под мышкой, с экземпляром "Нью-Йоркер", купленном по пути, она могла показаться обыкновенной мелкой служащей, вернувшейся домой из конторы». И никто из посторонних прохожих не подозревал, что она -- Бог, сотворивший параноидальный окружающий мир, в котором чудища живут в подвалах, чердаки стонут живыми голосами, ковер -- это язык, готовый слизать человека, чтобы потом стены дома переварили тебя и выплюнули обглоданные косточки на крыльцо.
Был еще на пути следования наших героев бандитский мир гротескной Америки тридцатых -- шикарные рестораны, стриптиз-бары и жалкие голодающие нищие, бредущие по грязным улочкам мимо баррикад, настроенных неграмотными злобными пролетариями -- мир, рожденный подсознанием коммуниста.
Восемь человек попали в аварию, четыре разных мира пройдено. Повествование обрывается на пятом -- в общем-то, вполне пока похожем на реальный. Только... Что будет после очередного пробуждения? Останется ли мир прежним, или вновь сорвется с нарезки и поскачет по извилинам искаженного сознания очередного Творца?

Конечно, не все романы ФКД похожи на "Око небесное", но, где бы не происходило действие его книг, будь то на далёких планетах, в искусственном мире или в параллельной реальности, именно темы симулякра, солипсизма и сублимации действительности будут влиять на мысли и поступки практические всех героев его романов.

И даже в рамках обычных фантастических сюжетов ФКД всегда мог найти и сочинить совсем неожиданный роман. Например, "Доктор Будущее" (Dr.Futurity, 1960) -- шальной роман о хроновывертах. Мало кому из фантастов под силу выписать непротиворечивый сюжет на самую бредовую тему: нарушение причинно-следственных связей в ходе умышленного вмешательство в прошлое с особо тяжкими последствиями для аборигенов. "Доктор Будущее" -- это не банальная петля "слетаю в прошлое -- грохну дедушку", это целый каскад тонких взаимосвязей и мелких событий, соединенных в единый тугой узел неподатливой временной ткани. Две (или даже -- три?) политические силы противоборствуют друг другу на полях сражений в середине шестнадцатого века, стремясь переиграть завоевание Америки и спасти индейцев. Отечественному читателю тема знакома по великолепным "Миссионерам"» Л. и Е.Лукиных, "Искуплению Христофора Колумба" О.С.Карда и, отчасти, по роману А.Лазарчука "Все, способные держать оружие". Будучи написанным значительно раньше вышеприведенных произведений, причем написанным с типичным для пятидесятых годов XX века футуристическим азартом и верой во всемогущество НТР (однако с явно нехарактерной для той политической ситуации в Штатах реверансами в сторону социалистов), роман "Доктор Будущее" не смотрится как истертая до дыр пресс-форма: некоторые находки Филипа Дика, на мой взгляд, до сих пор мало кто вторично использовал. Например, хронодрага (или "темпоральный земснаряд") для хищнического вылавливания предметов из прошлого, или крысиный мозг в качестве дешевого счетного устройства на космическом корабле... Но все усилия противоборствующих сторон по деформации Прошлого -- тщетны. На место уничтоженных персонажей XVI века приходят новые, однако уже через сто лет все различия нивелируются и сходят на нет: "Такое впечатление, будто у истории есть жесткий, неподатливый стержень", -- восклицает в сердцах один из персонажей.
Вывод, к которому приходят бойцы невидимого темпорального фронта, оригинальностью не блещет, но несет сильный позитивный заряд: нечего менять плохое Прошлое, надо лечить Настоящее и строить лучшее Будущее.

Дик продолжает много и обильно сочинять, и до 1962 года у него выходит девять романов. За роман "Человек в высоком замке" (The Man in the High Castle, 1962) в 1963 году на конвенте любителей фантастики по итогам голосования читателей ему присуждается премия "Хьюго" -- высшая награда за достижения в этом жанре.
Действие романа происходит в 1960-м году в альтернативном мире, в котором в ходе второй мировой войны победу во всём мире одержали страны Оси. Германия и Япония поделили мир между собой. Немцы окончательно решили еврейский вопрос, и, с присущей им методичностью, уничтожили весь черный континент; зачем-то готовят экспедицию на Марс. Японцы выглядят на этом фоне несколько сентиментальными, и повезло тем американцам, чьи города подпали под сферу влияния Токио. В этом мире герой книги пишет фантастический роман, в котором Гитлер напротив, потерпел сокрушительное поражение в войне. Особое изящество книге придают постоянные отсылки к гаданию по древней китайской "Книге Перемен", сверяясь с результатами которого писатель и пишет свою книгу о параллельном мире.

"В то время я писал как одержимый. Едва напечатав слово "Конец" на последней странице одного романа, я тут же вставлял новый лист и печатал "Страница 1". Я подсчитал, что напечатал 1200 страниц за три недели... Это было в 1964, я только что получил "Хьюго" за "Человека в высоком замке" и подумал: "Куй железо, пока горячо". И писал. Я был пишущим дураком. 16 романов за пять лет. Сколько так могло продолжаться? У меня не идеи кончились, а энергия".

Как жаловался сам автор, денег совершенно не хватало для сносного существования:

"Самое большое, что мне удавалось заработать -- 12 тысяч в год: обычно меньше, а усилия, которые мне при этом пришлось затратить, свалили меня с ног на два года. За эти два года единственными деньгами, которые я получал был "остаток". Это включает гонорар за переводные публикации, переиздание, теле- и радиоадаптации, журнальные публикации.
И это ужасно -- эти сухие времена, когда приходится существовать на редкие капли таких денег. Например, сегодня приходит письмо от агента с чеком на сумму доллар и шестьдесят центов, на следующей неделе -- еще одно письмо с чеком на четыре пятьдесят".

Тогда же к ФКД из издательств возвращаются с отказом все рукописи ранних, не фантастических его книг. Становится ясно, что Ф.К.Дику можно и не пытаться дальше пробовать писать или публиковать мэйнстримовские произведения. С ошеломляющей скоростью он сочиняет множество фантастических романов: только за 1964 год издано сразу пять новых романов. Не сбавляя темпа, до 1969 года Дик напишет и опубликует еще полтора десятка книг. Популярность росла, романами ФКД начинают интересоваться в Голливуде. Хэмптон Френчер, продюсер Одной из кинокомпаний, сразу по выходу книги "Мечтают ли андроиды об электроовцах" (Do Androids Dream of Electric Sheep?, 1968) даже приобрел права на экранизацию романа. Однако экранизации пришлось ждать целых 15 лет, и, на мой взгляд, экранизация всё равно получилась неудачной, и любые попытки соотнести книгу с фильмов бессмысленны, потому что Ридли Скотт даже не читал первоисточника, ему кто-то сказал, что роман сложен и "завернут" (из интервью журналу "Старлог", 1982 год). Заодно этим фильмом он на десятилетия заложил и укрепил новую мрачную эстетику в кинофантастике. Ридли Скотт пересмотрел подход к изображению декораций. Если раньше космические корабли, машины, дома в фильмах были новыми, без царапин и грязи, что воспринималось зрителями как новое и искусственное сооружение специально для кино, то теперь решено было все искусственно старить, чтобы зритель получил ощущение реальности. Однако мастера спецэффектов перестарались, и мы получили полное ощущение упадка, ветхости и разложения. Теперь почти все фантастические фильмы о будущем решены в неаппетитном ключе мрачной эстетики кибепанковского мира-помойки, мир -- мусорной свалки -- см. фильмы "Джонни-мнемоник", "Матрица", "Эквилибриум", "Дитя человеческое", "Миссия Серинити". Во всех этих фильмах будущее однозначно рисуется как эстетически мрачное и заведомо худшее по отношению к настоящему времени. Помимо этого негативного фактора, Ридли Скотт канализировал для дальнейшей коммерческой разработки одну-единственную идею из обширного наследия Ф.Дика -- это идея о симулякре, человеке-андроиде, не подозревающем о своем искусственном происхождении. Следом за Р.Скоттом кинематографисты ринулись осваивать непаханую целину творческого наследия Ф.Дика. И теперь сюжет о шпионе, не подозревающем о своей сущности, будет гулять из картины в картину. Лучше всего, если внутри шпион окажется железным, как робот Электроник, или даже с атомной бомбой внутри -- тогда полный улёт и хорошие кассовые сборы. Понравилась киношникам именно эта (не самая, кстати, шокирующая) сюжетная находка Ф.Дика -- так и будут вырабатывать жилу до подлегающей породы. Примером тому служат боевики "Вспомнить все" Верховена со Шварценеггером (снят по рассказу "Мы вам все припомним", We Can Remember It for You Wholesale, 1966, более известному в переводе В.Баканова под названием "Из глубин памяти"), "Крикуны" (в основе -- антимилитаристкая повесть "Вторая модель"), а так же "Пришелец" (реж. Г.Флидер) и "Особое мнение" (реж. С.Спилберг). Через два десятилетия и пяток картин красной нитью проходит одна и та же тугая мысль: "Что делает человека человеком?". Но все власть имущие, так и не найдя ответа, предпочитают этого типа человека замочить. Для его же блага. Несмотря на всю загруженность преамбулы и мрачноватых интонаций, преобладающих в вышеозначенных фильмах, творчество Филиппа Дика нельзя не рассматривать как сатирическое. Рассказ "Мы вам все припомним", по которому снят фильм "Вспомнить всё" -- юмористический, и нет в нём никакой революционной борьбы. Да и вообще, в любом произведении ФКД есть всепроникающая ирония, низвергающая чрезмерно загруженные, однобокие эсхатологические построения интерпретаторов. Никому из кинорежиссёров не удалось передать даже толику ироничности в своих картинах -- они даже не ставили такой цели, просто снимают боевик с мочиловом и чукаловом.
Однако Филипп Дик не успел увидеть ни одной экранизации своих произведений.
 

В книгах ФКД события всегда развиваются в небольшом, ограниченном территориально мирке, с весьма небольшим числом действующих персонажей, оставивших весь большой мир за пределами своего интереса. Этот образ сжимающегося мира чётко описан в таких романах, как "Свихнувшееся время" (вариант перевода: "Распалась связь времен", Time Out of Joint, 1959), "Наши друзья с Фроликса-8" (варианты: "Друг моего врага", "Лучший друг бога", Our Friends from Frolix-8, 1970), "Мир, который построил Джонс" (The World Jones Made, 1956) и др. Но наиболее ярко эта концепция огринченной вселенной нашла отражение в повести "Убик" (Ubik, 1966, издано в 1969), в которой показано существование субъективного мира небольшой группы умерших людей, чьи угасающие сознания доживают в недрах сохраняющей машины, но всё ещё фантазируют себя деятельными и существующими в обычной жизнью.

ФКД зачастую охладевал к теме произведения, терял контроль над сюжетом, и обваливал концовки романов чуть ли не на полуслове, оставляя в недоумении читателей незавершенностью истории. Оставшиеся яркие и живые страницы с описаниями необычных происшествий разных персонажей порой просто механически сводились в единое произведение, и в таком незавершенном виде издавались -- достаточно указать на такие откровенно сюжетно незавершенные и разваливающиеся произведения, как "Нетелепортируемый человек" (The Unteleported Man, 1966, вариант: "Lies, Inc", 1984), написанная совместно с Рэйем Нельсоном "Ганимедская рокировка"  (The Ganymede Takeover, 1967), дописанный Роджером Желязны по черновикам середины 1960-х роман "Господь гнева" (Deus Irae, 1976). Ситуация, немыслимая для любого другого жанрового писателя, оправдывалась тем обстоятельством, что даже эти разрозненные этюды имеют более целостный и правдоподобный с точки зрения мотивации и психологии облик, нежели большинство других, вполне сюжетно законченных, произведений основной массы фантастов.
Однако в случае если ФКД удавалось сделать сюжетом произведения саму идею, обуревающую его на данном этапе творчества, из-под его пера выходили блестящие романы высочайшего уровня мастерства.
Таковыми книгами сам автор признавал романы "Око небесное" (Eye in the Sky, 1957), "Человек в высоком замке" (The Man in the High Castle, 1962), "Сдвиг во времени по-марсиански" (Martian Time-Slip, 1964), "Со смертью в кармане" (Dr.Bloodmoney, or How We Got Along After the Bomb, 1965), "Духовное ружье" (The Zap Gun, 1967), "Предпоследняя истина" (The Penultimate Truth, 1964), «Симулякр» (The Simulacra", 1964), «Снятся ли андроидам электроовцы?» (Do Androids Dream of Electric Sheep?, 1968) и "Убик" ("Ubik", 1969). Тем не менее денег это всё автору особых не принесло.

Во время финансовых неурядиц сильнее дают о себе знать и обычные жизненные проблемы: в 1964 ФКД попадает в автокатастрофу, разводится с третьей женой и женится на четвертой, которая через несколько лет так же бросает его. После четвертого развода ФКД переезжает в 1972 году из Калифорнии в Ванкувер. В жуткой депрессии, приведшей к неудачной попытке самоубийства, ФКД попадает в медицинский центр по излечению от наркотической зависимости. Справиться со стрессом ему помогает Лесли Басби, с которой в 1973 году они и расписываются. Жизнь снова налаживается, и к этому периоду относится книга «Пролейтесь, слезы…» (Flow My Tears, the Policeman Said, 1974) -- последний роман психически здорового Филипа Киндреда Дика. Будучи написанным в 1973 и опубликованным в 1974-м году, роман завершил карьеру Ф.К.Дика как писателя-фантаста. Пусть немного шизанутого, немного с приступами паранойи, но -- фантаста. Стоит поподробнее рассказать о книге «Пролейтесь, слёзы..», потому что в ней, как в зеркале, отразились некоторые самые характерные моменты творчества ФКД.
Концептуально роман развивает идею о подмене настоящих воспоминаний ложными, впервые использованную автором в рассказах "Из глубин памяти" (We Can Remember It for You Wholesale, 1966) и "Электрический муравей" (The Electric Ant, 1968). Если заглянуть в закрома нф, можно найти новеллу Клиффорда Саймака "Спокойной ночи, мистер Джеймс" (1954) -- там аналогичное диковскому описание психологического шока человека, оказавшегося совсем не тем, кем он себя вроде бы помнит.
Однажды утром высокооплачиваемый ведущий популярной телепрограммы проснулся в незнакомой дешёвой гостинице. Оказавшись без документов в аналоге горьковской ночлежки (см. пьесу "На дне"), Джейсон Тавернер, со снобизмом, присущим миллионерам, и чувством морального превосходства над грязными пролетариями, пытается выбраться из неловкой ситуации и вернуться в привычную обстановку. Все бы ничего, да только в Штатах идет Вторая гражданская война со студентами, и за любое подозрение в связях с подпольем можно лишиться свободы, а из полицейских компьютеров по какой-то роковой случайности пропадает файл с личными сведениями на нашего бедолагу. Чтобы не загреметь в трудовые лагеря на Аляске или Луне, Тавернеру приходится обратиться к подпольным мастерам по изготовлению документов. Как и положено в антиутопии, подпольщики оказываются полицейскими информаторами, а полицейские -- явно симпатизируют подпольщикам, но не стукачам, а настоящим, подлинным революционерам.
В таком запутанном клубке из очевидного обмана и скрываемого внутреннего этического неприятия субъектами навязанных им социальных ролей, Тавернер кувыркается до самого финала, попадая из огня да в полымя -- то ему пришьют дело об убийстве, то обвинят в самозванстве...
Детективный слой повести прост и знаком по десяткам кинобоевиков. Коротко он формулируется словами "на хорошего парня парни злые всех собак из округи повесили, но справедливость восторжествует".
Однако Дик не был бы Диком, если б не примешал в сюжет фантастическую составляющую, тем самым посеяв зерна сомнений в правильности интерпретации событий. Оказывается (и намеки на это обстоятельство щедро рассыпаны по всему тексту) Тавернер -- не национальная телезвезда, а обдолбанный наркоман, которому вся его карьера ведущего и десять записанных сольных альбомов только пригрезились под кайфом: "Моя карьера, все двадцать лет, есть не что иное, как ретроспективная галлюцинация, вызванная наркотиком... ...  Может, я один из многих, кто живет синтетической жизнью и наслаждается популярностью, деньгами, славой при помощи капсулы? В то время как реальная жизнь проходит в кишащем клопами крысятнике".
Но и это жуткое открытие -- лишь часть правды. Вымышленная реальность мира Тавернера возникает в ходе непонятного химического эксперимента, проведенного изнывающей от лени, пресыщенной жизнью близкой родственницей высокопоставленного генерала полиции, заполучившей секретный наркотический препарат с малопонятными свойствами типа обратного воздействия на окружающий мир.
Причем по одной из версий, озвученной полицейскими, весь окружающий мир -- включая копов, стремящихся посадить Тавернера за решетку -- плод буйной фантазии разыскиваемого: "Он попал во вселенную, в которой его раньше не было" [Кстати, перенос в параллельные миры под воздействием всевозможных психоделиков -- не такое уж и редкое явление в фантастике; достаточно вспомнить "Две судьбы" С.Корнблата, книги К.Кастанеды, "Футурологический конгресс" Ст.Лема].
Несмотря на многослойность, "Пролейтесь, слезы..." -- один из наиболее логичных и внутренне непротиворечивых романов Ф.Дика. Может быть, именно поэтому Ф.Дик и получил за него "Мемориальный Приз Джона Кэмпбелла" в 1975 году.

В феврале-марте 1974 года Ф.Дик начинает видеть загадочные картины, "переданные непосредственно из космоса розовым лучом", и получать сигналы от внеземного разума -- перейдя, таким образом, из разряда писателя-выдумщика, сочинителя-фантазера -- в категорию эзотериков, мистиков и контактеров. Эти загадочные явления, называемые самим Диком "события 2-3-74", окончательно перевернули мир писателя.
После контакта с неведомым, Дик прекращает писать художественные книги и переключается на дневниковые записи (и ведет их до самой смерти -- всего восемь тысяч страниц рукописного текста!). Неоконченные рукописи и наброски лежат в столе, Тесса Лесли Басби, пятая жена, в 1976 году уходит, забрав трехлетнего сына Кристофера, а Дик все никак не может оправиться от последствий мистических галлюцинаций, и в очередной раз безуспешно пытается покончить жизнь самоубийством: наглотавшись таблеток и порезав вены, заперся в машине в гараже и завёл двигатель.

На самом деле у Дика по всей видимости была эпилепсия височной доли. Вот что пишет Лоуренс Сьютин, биограф Ф.Дика:
"Такой психический или эмпирический феномен, активизирующийся эпилептической разрядкой, возникающей в височной доле, может проявляться как в комплексных, так и в аудиторно-визуальных галлюцинациях, которые у больных принимают форму удивительно "живых" видений".
Более уместным здесь будет даже описание типичной симптомологии: "Гиперграфия есть феномен одержимости, выражающийся в написании расширенных заметок и дневников. Подозрительность может перейти в паранойю, а чувство беспомощности ведёт к пассивной зависимости. Религиозные убеждения не просто усиливаются, но могут даже привести к разработкам новых теологических и космологических теорий. Пациенты могут верить, что они находятся под особым священным руководством".
Многие разделы Диковского дневника, состоящего из более чем двух миллионов слов, который он начал вести после февраля 1974, можно с уверенностью рассматривать как гиперграфию".

Попав в тяжелейший моральный клинч, без гроша в кармане, Дик вытаскивает из запасников черновики и непроданные ранее романы, однако опубликовать удается совсем немного. В конце семидесятых вышло всего три романа -- дописанный Роджером Желязны "Господь гнева" (использовался черновик середины шестидесятых), реалистические "Признания продажного художника" (написанные лет десять назад), антинаркоманский роман "Помутнение" (написанный в 1973) да пара рассказов.
О мистической стороне жизни и творчества Ф.К.Дика даёт представление корпус произведений, иногда ошибочно называемой трилогией "ВАЛИС", в которых автор обстоятельно пытается препарировать свои видения "событий 2-3-74" и делится своим опытом общения с нечеловеческим разумом. В новеллизированной форме Дику удалось рассказать об этом в романах "Свободное радио Альбемута" (Radio Free Aldemuth, 1976, опубликовано в 1985, но является ранним вариантом романа "ВАЛИС"), собственно роман "ВАЛИС" (Valis, 1981), "Всевышнее вторжение" (The Divine Invasion, 1981), "Переселение души Тимоти Арчера" (The Transmigration of Timothy Arcer, 1982). "ВАЛИС" представляет собой самоанализ, поданный в виде бесед двух друзей-антагонистов, причем один из них прекрасно понимает, что все видения другого -- не более чем выдумка.

Друзья и знакомые Ф.Дика говорят о силе убеждения, присущей его манере общения. Роджер Желязны считал, что, родись Филипп Дик на пятьсот лет ранее, гореть ему ересиархом на огне инквизиции. Томас Диш считал, что Дик мог вполне стать вторым Роном Хаббардом и основать какую-нибудь свою, оригинальную религию, однако ему помешала большая интеллектуальная целостность и меньшее честолюбие.

Скончался Филипп Дик от апоплексического удара 2 марта 1982 года.
 

*-*-*
 

С публикациями переводов на русский язык ФКД повезло и не повезло одновременно.
Первое знакомство наших читателей с ФКД состоялось весной 1958 года: популярнейший советский еженедельный журнал "Огонёк" напечатал рассказ "Фостер, ты мёртв!" (Foster, You're Dead, 1955) в переводе Ю.В.Сименова и В.В.Кривощекова. Особой популярности это автору не принесло, и он не стал завсегдатаем советских издательских площадок, как А.Азимов, Р.Брэдбери, А.Кларк и К.Саймак, чьи книги с завидной регулярностью выходили в СССР. С тех пор на долгих тридцать лет об авторе забыли. Да и следующие публикации в советской прессе состоялись только в середине 1980-х гг. Это были рассказы "В глубине памяти" (We Can Remember It For You Wholesale, 1966), "Вкус уаба" (Beyond Lies The Wub, 1952), "О неутомимой лягушке" (The Indefatigable Frog, 1953), "Военная игра" ("War Game", 1959) и совершенно неожиданный для менталитета советского человека роман о наркоманских метаниях -- "Помутнение" (A Scnner Darkly, 1977). Будучи опубликован весной 1989 года в "Юности", журнале с миллионными тиражами, этот роман позднего периода творчества ФКД навсегда налепил на автора ярлык писателя, не чуждого экспериментами с наркотиками. Даже в статьях о ФКД, опубликованных в последние годы, российские литераторы особое внимание обращают на поиски Ф.К.Диком воздействий на человека измененных состояний сознания, что порой трактуется исследователями как свидетельство пристрастия автора к наркотикам, хотя в интервью Чарльзу Плэтту ФКД признается, что употреблял героин всего-то два раза в жизни, так что поднять его профиль на знамя молодежного "кислотного" или там рейвовского движения вряд ли удастся. Солипсизм и наркотический трип, -- "две большие разницы", и тут скорее виден недостаток философского образования у представителей "глянцевой журналистики", поспешивших заявить о пагубном пристрастии Дика к ЛСД, мескалину и героину. Знали бы они, что чтение трудов Якоба Беме, Джордано Бруно, Ганса Дриша и Гегеля давало ФКД куда как больше простора для фантазирования, чем химия. В самом деле, никому ведь и в голову не приходит называть "наркоманскими" вполне обычные и зауряднейшие произведения Гарри Гаррисона или Юрия Никитина, некоторое время в молодости тоже употреблявших наркотики, но так и не вырвавшихся за пределы рамок классической фантастики основного потока. По причине непреодолимости инерции мышления у нас по-прежнему называют "наркоманским бредом" произведения, написанные человеком в состоянии полнейшего очищения.
Естественно, фильтр советской цензуры не мог пропустить к печати психоделические фантазии американского автора, но даже по этим нескольким публикациям фэны могли составить представление о ФКД как о человеке интеллектуально глубоком и с весьма развитой, неординарной фантазией.

После отмены государственной монополии на книгоиздание и в связи с появлением независимых частных издательств, с 1991 года по сегодняшний день на русском языке были изданы практически все романы ФКД. Однако бессистемный и эпизодический, случайный характер изданий вкупе с низким уровнем многих переводов до сих пор не дают нам права сказать, что русский читатель широко знаком с творчеством ФКД.


 
 
 

 
 
 

.


 На первую страницу СЕМЕЧЕК     Новости     Библиографии    Библиография Ф.К.Дика

Филип Киндред Дик
Библиография



  стоматология
Hosted by uCoz